Телефон

8 863 88 21-2-05

График работы:

Пн.-Пт. 8.00 - 17.12

Сб. 8.00 - 17.00

Адрес:

346200, Ростовская область,Кашарский район,
с. Кашары, ул. Ленина, 57

Тяжелой была ночь на 20 декабря 1942 года. Холодом сковало землю, намело высокие сугробы. Холод чувствовался даже у нас в хате. Но нам, ребятишкам, тепло. Мы спим все рядышком на печи, тесно прижавшись, друг к дружке. Не спит лишь мама. Она ходит по хате от окна к печке. Все ближе слышатся орудийные выстрелы. По улице, в темноте, слышно, движутся немцы. И, наконец, мамино сердце, наверное, больше не выдерживает. Дети, дети, вставайте скорее. Неладное, что-то творится, -тормошит она каждого из нас по очереди. - Марфуша, Верочка, одевайте мальчишек...

Мы перебираемся в погреб. Сон как рукой снимает. Сидим и тоже тревожно шепчемся до самого рассвета.

Утром мама решается выбраться наверх, чтобы принести что-нибудь поесть и подоить корову, которую нам чудом удалось сохранить.

А по селу, от дома к дому, уже передавалась радостная весть - наши пришли! Немцы удирают!

Как сейчас, вижу: в нашей хате полным-полно красноармейцев. Жарко горит печка, кипит чайник. Мама удивительно веселая, будто помолодевшая, готовит бойцам угощение. В моей голове моментально созревает план действий. Раз будет чай, то нужен сахар, а мы его уже давно не видели. Я бегу на соседнюю улицу к своей подружке Даше Овчаровой.

На улице суматошно, временами ухают взрывы, всюду валяются убитые немцы. Через каких-то полчаса мы с Дашей уже на Чеботовке возле немецкого продовольственного склада. Так и есть: он брошен. Фашистам не до того. Взяли сахар - и обратно.

Очень обидно было, что так и не успели в тот день бойцы попить чаю, хоть немножко отдохнуть в тепле. Пришел лейтенант и отдал приказ об отходе из села. Едва успела мама рассовать по карманам красноармейцев узелки с немецким сахаром - красно-желтым, очень похожим на песок и сладким, как патока.

Участок обороны был в каких-то десятках километров от Кашар - в Миллерово и Криворожье. В нашей школе открыли военный госпиталь. В классах, где когда-то стояли парты, разместили раненых. Их доставляли с поля боя. У кого перевязаны руки, у кого голова. Были и такие, что из-за бинтов тела не видно. Одни лежат на койках, другие прямо на полу: не хватает кроватей, и вместо них настелили соломы. В классах тепло, весело потрескивают в печках дрова, остро пахнет йодом, сеном, лекарствами.

Мы с Дашей работаем в госпитале. Сам лазарет, то есть стационар, размещался в двухэтажной деревянной школе. А другое школьное здание -кирпичное было отведено под амбулаторию. В самой большой комнате постоянно стоял на огне огромный котел, в котором грелась вода. Нам с Дашей поручили обмывать и переодевать раненых, помогать медсестрам делать перевязки. А к школе то и дело подъезжают грузовые автомобили, военные санитары переносят раненых в комнату, кладут на просторную деревянную лавку.

Сутками не отходили мы от лавки, приводили, а порядок раненых. Ноет от усталости спина. Чадят коптилки, под которые приспособлены гильзы от снарядов. Дымом выедает глаза. Приходим домой, и сразу же заваливаемся спать.

Трудно было, очень трудно. Но выспишься, и опять просто тянет в госпиталь. Нравилось работать, помогать людям, фронту. Не обходилось, конечно, и без слез. Никогда не забуду полные мольбы и тоски глаза одного совсем молоденького бойца, почти мальчишки. Был он тяжело ранен в живот. Видно, чувствовал, что умрет, не выживет. Всеми силами он цеплялся за жизнь, а свет постепенно мерк в его глазах. Потерял сознание, долго бредил, и все время звал маму.

Представила на его месте своего брата Ивана, который был тоже на фронте, ком перехватил горло...

Бинты, всякие медикаменты получали на аптечном складе. Размещался он в бывшем здании районной прокуратуры. Очень хорошо помогали госпиталю местные жители. Приносили молоко. Картошку, одеяла - что у кого было. Люди отдавали последнее. Часто приходили школьники, писали раненым письма домой.

Многие бойцы выздоравливали, возвращались на фронт, других перевозили куда-то дальше на долечивание. Фронт отодвигался. Все меньше и меньше стало поступать раненых. Весной госпиталь закрыли: фронт уходил дальше на запад.

К нам домой пришел проститься начальник госпиталя - полный пожилой мужчина. Забыла его фамилию.

Отпустите с нами вашу дочь. Очень трудолюбивая, ласковая, старательная, полюбили мы ее, - говорил он маме и в шутку, и всерьез. -Спасибо за хорошее воспитание детей.

А я стояла гордая от неожиданной похвалы. Шел мне в ту пору шестнадцатый год.

М. Дворовая.

«Слава труду».

Яндекс.Метрика