23 января 1918 года в  станице Каменской (ныне город Каменск) состоялся казачий съезд. Его делегатом был Яков Назарович Лагутин. Он – один из  сподвижников Ф Г Подтелкова и М В Кривошлыкова. Сейчас пенсионер  Я.Н. Лагутин живет в Сочи. Свои воспоминания  о казачьем съезде он прислал в нашу газету.

…Сейчас трудно вспомнить, каким был январь 1918 года – морозным, снежным или… Был он суровым. Всего два месяца назад прогремел залп «Авроры». Чтобы «спасти» Россию, генералы, атаманы стягивали войска на Дон. Они делали ставку на донское казачество. Дескать, оно сможет разгромить большевиков.

С ведома ставки  Верховного командования генерал Каледин снимал с фронта казачьи дивизии, полки, батареи и спешно перебрасывал их на Дон, концентрируя по линии железной дороги Воронеж-Лихая-Царицын-Тихорецк-Царицын. Уже в декабре  1917 года большинство казачьих частей было на Дону. Сюда «слетелись» царские генералы Алексеев, Корнилов, Деникин, офицеры, юнкера.

Каледин посылал в части своих агитаторов, сам выезжал, призывая казаков постоять за «батюшку Тихий Дон». В И Ленин в то время писал: «..Каледин прямо «ездил поднимать Дон», и все же Каледин массового  движения никакого не поднял «в своем крае». Призыв Каледина и его агитаторов не оказал должного воздействия на казачьи массы. Ведь они вместе с рабочими и крестьянами, одетыми в серые шинели, гибли на фронте. За чьи интересы? Даже верные царю казачьи части колебались. Чувствовалась агитационная работа большевиков.

Каледину, несмотря на все усилия, не удалось склонить казаков на свою сторону. В И Ленин по этому поводу на III съезде Советов говорил: «… Дело Каледина – дело безнадежное, трудящиеся массы против него… внутренняя опора Каледина на Дону теперь падает не столько извне, сколько изнутри…»

Назревала необходимость иметь единый центр управления революционными казачьими частями. По инициативе каменских большевиков, активно поддержанных дивизионным и полковыми комитетами 5-й Донской казачьей дивизии, в станице Каменской был созван съезд представителей-делегатов казачьих частей, расположенных на севере Дона. На съезд прибыли делегаты 46 казачьих полков, батарей, отдельных частей и команд.

Я был тоже делегатом.

Помню, как сегодня, председательствовал на съезде Ф Г Подтелков, секратарствовал М Б Кривошлыков. Один за другим на трибуну поднимались делегаты. С революционным порывом они разоблачали политику Каледина, который приютил генералов, офицеров, превратив Новочеркасск в гнездо контрреволюционных сил.

Особенно бурно делегаты реагировали на телеграфный приказ Каледина командиру 10 полка, перехваченный казаками и оглашенный на съезде, Каледин приказывал привести полк в Каменскую, арестовать участников съезда и предать военно-полевому суду.

Этот приказ, как говорят, подлил масла в огонь. В зале раздавались возгласы: «Пусть попробует! С него пух полетит!, «Долой Каледина!», «Да здравствует власть Солветов!»

Делегаты понимали, что медлить нельзя. Каледин вот-вот выступит против Советской власти. Исходя из этого, съезд объявил себя законной революционной властью на Дону. Он избрал Военно-революционный комитет во главе с Подтелковым и Кривошлыковым.

К моменту закрытия съезда передовые части 10 полка подошли к Каменской. Навстречу им ревком послал делегацию. Они рассказали казакам правду. Казаки убедились в том, что Каледин их обманул. Они арестовали командира полка и некоторых офицеров и перешли на сторону восставших против Каледина частей.

Начались переговоры, чтобы выиграть время, Каледин прислал из Новочеркасска в Каменскую делегацию во главе с Агеевым. Она пыталась припугнуть ревкомовцев, но из этого ничего не получилось. Каледин  предложил продолжить переговоры в Новочеркасске. В составе делегации был и я. Каледин отверг  требование о передаче ревкому власти, а ревком  в свою очередь отклонил требование генерала распустить революционный комитет.

В конце концов победа осталась за большевиками. 50-тысячная казачья армия вышла из повиновения Каледина, на которую он возлагал большие надежды.

29 января (по старому стилю) 1918 года на совещании войскового правительства Каледин сложил с себя полномочия. В своем кабинете он застрелился.

Революционные войска перешли в наступление. 23 февраля 1918 года они штурмом взяли  Ростов-на-Дону, 25 февраля – Новочеркасск. Знамя Октября взвилось над Доном.

Впоследствии в составе отряда Подтелкова и Кривошлыкова мне пришлось участвовать в боях против белогвардейцев. И лишь случайность не привела меня в хутор Пономарев, где погибли герои Дона Федор Григорьевич Подтелков  и Михаил Васильевич Кривошлыков и их 78 боевых товарищей. Память о них будет вечно жить в сердцах советских людей.

Я Лагутин.

Слава труду № 11    26.1.1966

 
   

 

Яндекс.Метрика