В период боев на Курской дуге я служил в роте  ПТР (противотанковых ружей), был командиром отделения. На участке фронта, где нам пришлось держать оборону, мы заняли в конце марта 1943 года свои позиции. Это было севернее Белгорода.

Всю весну и в начале лета велись позиционные бои. Более активными были немцы: они нащупывали слабые участки в нашей обороне. Гитлеровское командование готовило широкомасштабное наступление и хотело определить наиболее уязвимые места.

Как потом стало известно, ставилась задача окружить наши войска, наступая от Орла и Белгорода, и устроить нам второй, но уже по0немецки, Сталинград.

Был случай, когда на наши позиции гитлеровцы пустили 7 танков и пехотинцев-автоматчиков. Три немецких танка были подбиты нашим взводом, но все же четыре прорвались на линию окопов и начали «утюжить» их.

В лобовом бою пришлось применить бутылки с  горючей жидкостью. Танки были подожжены, а немецкая пехота рассеяна нашим огнем и почти вся уничтожена.  Так сорвалась одна из атак на нашем участке. И таких вылазок было немало.

Основные бои начались 5 июля 1943 года. Мы, те, кто воевал под Сталинградом, невольно сравнивали, как  было там и как тут.  Наше высшее командование хорошо знало, что планируют гитлеровцы на этом центральном направлении советско-германского фронта. И принимались все необходимые меры, чтобы отразить удар и без промедления развить уже собственное наступление.

Так как обе стороны вели длительную и планомерную подготовку, то были заранее подготовлены системы глубоко эшелонированной обороны.

Укрепления имели несколько линий, с хорошим инженерно-саперным обеспечением. Были подготовлены не только разветвленные системы окопов и траншей. Но и различного рода огневых сооружений, пространство между которыми минировалось или находилось под прицельным пулеметно-артиллерийским огнем. Взломать  такую оборону даже сконцентрированным ударом было не просто. Поэтому многие немецкие атаки быстро откатывались и ничего, кроме потерь в технике и живой силе, им не давали.

Особенно активно немцы начали действовать после 10 июля. На отдельных участках им удавалось продвинуться вперед на 5-6 километров.

В ночь с 11 на 13 июля мощный шквал огня обрушился на наши позиции. Мы были в стороне от главного удара, но гром сражения был слышен и на флангах.

12 июля немецкие войска были разбиты в грандиозном танковом сражении на Прохоровском поле. И началось наступление наших войск по всему фронту.

На нашем участке, севернее Белгорода, гитлеровцам удалось добиться временного успеха, они вклинились в нашу оборону на глубину до 30 километров. Свои позиции мы вернули только к 23 июля.

На Белгородском направлении началось наше мощное наступление. Немцы не просто отступали, а часто бежали. 3 августа завязались бои на подступах к Белгороду, и 5 августа этот город был освобожден. Мы начали освобождение Украины.

Кто видел танковое сражение на Прохоровском поле, тот видел ад кромешный. Очевидцы рассказывали, что жутко было наблюдать эту картину даже со стороны. Долго после этого ужасного боя, в котором с обеих сторон участвовало 1500 танков (из них 800 – наших), стелился черный дым на Прохоровским полем. Это горели танки. И не только горели, но слышались разрывы снарядов внутри танков, взрывались артиллерийские боекомплекты.

В Курской битве, ставшей решающей в ходе войны, еше раз проявилось искусство советских полководцев, техническое превосходство нашего вооружения и несгибаемая воля к победе солдат и офицеров Красной Армии.

Всего пять месяцев отделяют Курскую битву от Сталинградской. Но и за этот короткий период мы смогли подготовиться к ответному удару на готовившийся гитлеровцами реванш за Сталинград и перейти в мощное наступление.

В Козырев, участник Великой Отечественной войны. С Кашары

Слава труду №78 21.07.1998

 
   

 

Яндекс.Метрика